Читает профессор СПбДА прот. Георгий Митрофанов

Петербургские священники Введенский, Красницкий и Белков, "вынужденные принять управление Церквью" в качестве курируемого ГПУ обновленческого раскола, прибыли в Петроград с сообщением об отречении патриарха Тихона. Митрополит Вениамин, хотя и не имел доступа к информации о том, что в действительности произошло в Москве, сразу заподозрил неладное. Однако вместо того, чтобы обратиться за разъяснениями в органы власти и начать процесс переговоров, иерарх запретил в служении всех членов незаконной структуры. Он был арестован после того, как отказался отозвать это запрещение по требованию ГПУ. Именно оно стало причиной последовавшего за арестом расстрела. Единство Церкви было для него той ценностью, ради которой он пожертвовал жизнью.

Текст обращения

Видео на Дзене

Читает доцент СПбДА священник Игорь Иванов.

В 1918 году в Петрограде было образовано Александро-Невское братство. У его истоков стояли три молодых иеромонаха: Гурий Егоров, Лев Егоров и Иннокентий Тихонов. Перед самой Революцией они развернули активную деятельность, вдохновляли молодых петроградцев на подвиги молитвы, милосердия и просвещения, помогали им жить вместе и жить церковно в непростое время.

Масштабные репрессии начались в 1922 году. 1 июня, сразу вслед за митр. Вениамином, были арестованы еп. Иннокентий и архимандрит Гурий, 16 июня - иеромонах Лев и ещё около 30 братчиков. Главной причиной арестов и фабрикации особого “дела православных братств” было стремление властей поставить во главе Петроградской епархии сговорчивых обновленцев. Архимандрит Гурий пробыл в петроградских тюрьмах целый год, после чего был отправлен этапом в Зырянский край, а затем в Среднюю Азию.

В тюрьме он, как и все, тяжело переживал несвободу. Строки из дневника архимандрита Гурия описывают переживания и те выводы, которые он сделал для себя, находясь в неизвестности, среди решеток и тюремных замков в печально известной "Шпалерки".


Текст

Видео на Дзене

Читает глава Совета по культуре Санкт-Петербургской епархии священник Илия Макаров.

Декрет от отделении Церкви от государства поставил власть в Русской церкви вне закона и лишил её имущества. Но чтобы заставить замолчать – недостаточно что-либо запретить. Нужно уничтожить, убить, обесчестить. Именно на это был направлен Петроградский процесс. Под видом суда за сопротивление изъятию церковных ценностей, Советская власть физически устраняла митрополита Вениамина и его сподвижников, сопротивлявшихся захвату церковной власти пособниками большевиков. Но прежде вынесения смертного приговора нужно было убедить жителей города, что церковники – враги, а любимый народом митрополит – главный из этих врагов. Для этого был устроен показательный процесс. Перед приговором, почти перед открытой могилой, слово в свою защиту произнесли обвиняемые. Сто лет спустя это слово, слово новомучеников, звучит в тех же стенах.

Текст

Видео на Дзене

Митрополит Вениамин (Казанский) без сомнения, был основной мишенью, по которой била советская власть в рамках Петроградского процесса. Однако вместе с ним до смерти пострадали и его ближайшие сподвижники: юрист, профессор Юрий Новицкий, адвокат Иван Ковшаров, архимандрит Сергий (Шеин). Каждый из них встретил свой смертный приговор мужественным последним словом.

Видео на Дзене

Читает председатель Комиссии по вопросам семьи Санкт-Петербургской епархии прот. Александр Дягилев.

В июле 1922 митрополит Вениамин, архимандрит Сергий (Шеин), профессор Юрий Новицкий и адвокат Иван Ковшаров ожидали расстрела на Шпалерной ул. в Петрограде, в Доме предварительного заключения.

Через несколько дней после объявления приговора митрополит написал последнее в своей жизни письмо другу-священнику, настоятелю одного из храмов на окраине Петрограда протоиерею Петру Ивановскому.

Будущий мученик знал о том, что многие городские священники присоединились к обновленцам и не из идейных соображений, но ради сохранения своего положения. Ответом на призыв некоторых собратьев "спасать Церковь" через "сохранение живой силы" стало письмо-завещание единомысленному пастырю, который смог сохранить его не смотря на аресты и ссылки. И это был призыв себя не жалеть ради Церкви, а не жертвовать Церковью ради себя. У митрополита-смертника было моральное право так писать.

Текст

Видео на Дзене

Читает преподаватель Санкт-Петербургской Духовной академии и клирик храма Благовещения Пресвятой Богородицы на Васильевском острове священник священник Иоанн Никитин.

Протоиерей Михаил Чельцов был одним из тех, кто получил смертный приговор в рамках Петроградского процесса. В камере смертников отец Михаил сорок дней ожидал приведение приговора в исполнение после чего узнал, что его наказание заменено на тюремный срок.

Свои переживания, надежды, обращения к Богу и близким, бытовые детали жизни в камере, и встречавшихся ему людей будущий священномученик описал в письмах жене на пути следования к месту заключения. Впоследствии они легли в основу книги "Воспоминания смертника о пережитом". В 1931 году отец Михаил пережил второй арест и пребывание в тюрьме на Шпалерной, закончившееся его растрелом.

Текст

Видео на Дзене

t.me/word_mart